На главную

Анатолий Равикович: «Кофе не пью… из гордости!»

Одной этой фразы, казалось бы, вполне достаточно, для того чтобы текст, в принципе, не появился на кофейном портале. Никогда. И так бы оно и было, если бы не два существенных обстоятельства. Во-первых, произнес эти слова знаменитый актер театра и кино Анатолий Равикович. А, во-вторых, они прозвучали в кофейне книжного клуба "Буквоед", где Анатолий Юрьевич представлял свою книгу «Продолжения не будет».

- О чем Ваша книга?

Это книга воспоминаний. Не обо всей жизни, а о большой ее части, начиная с детства и заканчивая моими годами в театре ЛЕНСОВЕТА, где я проработал до 1988 года. Я старался не врать и не льстить себе. Почему я вообще начал писать эту книгу? Честно говоря, я вообще ничего не собирался писать. Меня моя жена, Ирина Мазуркевич, заставила. Она читала книжку «Три-Михаила-Три» Михаила Козакова, с которым я хорошо знаком, поскольку снимался у него в кино («Покровские ворота» - авт.). Он очень плодовитый писатель, все время пишет. Не знаю, как у него на это хватает времени. Так вот, читала ее Ира, а потом и говорит мне: «Завтра начинаешь писать!». Ну, и пришлось. Пошли в Гостиный двор, купили мне большую амбарную книгу, в которые заносят хозяйственные расходы. И я стал писать.

- Анатолий Юрьевич, Вы – известный актер, а потому следующий вопрос напрашивается сам собой: какова сегодня ситуация в российских театрах? Есть мнение, что, например, несколько лет назад залы пустовали, а сейчас положение меняется…

- Я не согласен с тем, что публика не ходила в театр. Очень хорошо помню, как в самые тяжелые 90-е годы у нас в Театре Комедии (имени Н.П. Акимова – авт.) всегда был аншлаг. Потребность людей в театре была такая же, как потребность в воде, в хлебе. И пока такие люди будут у нас в стране, театр будет жить. К новым временам я отношусь неоднозначно. Разумеется, сейчас все бросились зарабатывать деньги. Очень много появилось спектаклей, которые имеют только одну цель - собрать как можно больше публики и заработать на этом деньги. Но поиски чего-то подлинного все время продолжаются. У русского театра такие колоссальные традиции, такие корни глубокие, что он не боится новой волны моды, Интернета. Я абсолютно не сомневаюсь в будущем театра. Он изменится, конечно. Я вот сейчас иногда смотрю старые записи спектаклей нашего символа, нашего театрального Божества - Московского Художественного Театра, где тогда играли еще Тарасова, Грибов, Яншин. Смотреть на это невозможно. Я думаю: «Боже мой, и вся Россия восторгалась вот этим»? Потом думаю: «Да нет, это не они плохо играют, мы изменились». И то, что было хорошо 50-60 лет назад, сейчас выглядит анахронизмом. А кто же знает, что будет завтра?

- Существует точка зрения, что настоящий актер не должен соглашаться на какие-то проходные роли, а должен ждать того часа, когда ему предложат сняться, в хорошем фильме, и все сразу узнают какой он замечательный актер… Одни говорят, что сниматься в сериалах недостойно. Другие, считают наоборот.

- Ничего нового я не скажу. Отвечу так, как учил нас Константин Сергеевич Станиславский, который говорил, что нет маленьких ролей, есть маленькие актеры. Что значит, ждать роль? Какую роль? Кто тебе ее даст, если ты себя ничем не проявил? Ты должен пробиваться, показывать себя, начинать с массовки. Все большие артисты, как правило, начинали, бегая в массовке, с роли без текста. Играя эти роли, ты набираешься опыта, показываешь себя, выдерживаешь конкуренцию. Я вам так скажу: у нас на курсе в институте было 23 человека, из них работаю актером я один. А ведь эти люди поступили в театральный институт, они тоже выдержали колоссальную конкуренцию. Вы же знаете, какие конкурсы в театральные ВУЗы - сотни человек на место, все же хотят быть артистами. А потом из 23 человек остается один, вот такой жесткий отбор. Так, как, по-вашему, нужно играть маленькие роли? Только через них приходишь к чему-то значительному. Что касается сериалов, то я считаю так: если тебе достаточно заработка в театре, то лучше бы в них не сниматься. Но, если молодой артист получает 6-8 тысяч рублей в месяц, а у него уже семья, и ему предлагают сняться в сериале, он идет и снимается. Я в этом не вижу ничего плохого. Весь вопрос в том, как это делать. Достоинство профессии заключается в том, что даже если ты снимаешься в какой-нибудь рекламе про мыло, ты должен сначала прочитать текст, подумать, что можно сделать, как нужно сделать эту работу профессионально. По большому счету, не принципиально, где сниматься. Главное, как и для чего. Конечно, я не буду сниматься в порнорекламе, да меня и не возьмут. Но если работа достойная, почему нет.

- Вы являетесь звездой Театра Комедии им. Акимова. Не чувствуете зависти со стороны коллег по поводу того, что заняты в антрепризном спектакле Театра им. Антона Чехова?

- Очень бы хотелось сказать, что нет. Но такого не бывает, ни в какой профессии, чтобы твои товарищи по работе радовались твоим успехам. Это жена может радоваться, дети. Вопрос в том, как ты сам себя ведешь. Я себя, когда ловлю на зависти, а я завидую также как и все остальные, я бью себя по рукам и говорю: «Стыдно!». А при встрече с этим человеком, подчеркнуто тепло с ним здороваюсь. Главное, соблюдать рамки, не делать гадостей.

- С кино, по Вашему собственному признанию, у Вас отношения сложные, с театром -взаимная любовь…

- Что касается сложных отношений с кино, то они действительно существовали, потому что в советском кино мне было совершенно нечего делать. С моей внешностью, с моей фамилией. Ну, кого я мог играть? Сталевара? Мне эта роль не очень подходит. Председателя колхоза? Тоже нет. Да и в роли ученого лучше не высовываться. Поэтому кино меня обходило. Ведь в кино лицо очень много значит. Я был тогда молод, и мне важно было что-то сыграть, чтобы доказать, прежде всего, самому себе, что я могу. И вот, когда меня Козаков пригласил, я очень многого ожидал от роли (Хоботова-авт.), потому что роль замечательная, но сами съемки были ужасающие. Для меня это была первая большая роль. А Козаков, это такой Карабас Барабас с плеткой, нужно делать только так, как он говорит, с его интонацией. Было ощущение, что меня, как зайца в цирке, учат стучать по барабанам, а мне уже было за сорок. Положение в театре, своя публика. Я не понимал, как со мной можно не посоветоваться, а говорить, как стоять и что делать. Козаков так со всеми разговаривал. (При этом он - совершенно замечательный человек). Кто-то подобную манеру общения принимал. Есть такие актеры, которые не любят думать, как скажут, так и сделаю. А у меня было другое отношение, другой подход. Я говорил жене: «Из этого ничего не получится. Я даже разговариваю не своим голосом».

Когда картина вышла, меня пригласили на премьеру, но я не поехал. И вот ночью звонок. Беру трубку: «Толя, это Рязанов, посмотрел Ваш фильм. Поздравляю, это очень хорошая работа, мне очень понравилось» Я говорю: «Спасибо. До свидания». Положил трубку и подумал: «А вдруг это кто-то разыгрывает?» Спрашиваю у жены: «Ира, у тебя есть телефон Рязанова?Я ему сейчас позвоню!» А она в ответ: «Да ты что! Ночь же!». В итоге я все-таки позвонил: «Эльдар Александрович, извините, но сейчас мне позвонил человек, представился Вами и поздравил с выходом картины. Это на самом деле были Вы?» Он долго хохотал, а потом отвечает: «Спи спокойно, это был я»…

Вот такие у меня отношения с кино. Кино для меня - это возможность заработать деньги. Кино – это известность, реклама.

А в театре не было таких ограничений. И в театре я абсолютно все играл. Людей всех профессий, всех национальностей, всех возрастов, даже женщину играл пару раз. В спектакле театра имени ЛЕНСОВЕТА «Миссис Пайпер ведет следствие».

- Одна из Ваших самых удачных ролей в театре – Сарафанов в «Старшем сыне» по Вампилову. Когда готовили роль, ориентировались на то, как сыграл ее Евгений Леонов в одноименном фильме?

- Фильм этот я, безусловно, видел. Но спектакль мы сознательно сделали гораздо жестче. Сарафанов, человек, жизнь у которого не удалась. Я не стесняюсь показать, что мой Сарафанов – человек пьющий, каким он и был у Вампилова, а Леонов избегал этой темы. Считаю, спектакль получился хороший, честный, берущий за душу. От фильма он отличается. Так и время сейчас другое. Раньше, бывало, возвращаешься домой ночью из театра, останавливаешь машину и просишь подвезти. Подвозили и денег не брали, потому что по дороге. Поговорили, сказал спасибо. И все. А сейчас кому в голову придет голосовать? Да и немногие сегодня останавливаются, а если и останавливаются, то торгуются.

- Какую бы роль вы еще хотели сыграть?

- Да ни какую! Устал я. Всему свое время. Не хочу больше играть. Я сначала очень стеснялся себе в этом признаваться, а потом посмотрел, американские артисты после шестидесяти редко кто играет. Почему? А уже надоело. Ведь все может превратиться в рутину. Писатели после какого-то возраста не пишут, и композиторы перестают писать музыку. Может, лукавлю немножко. Может, что-нибудь и сыграл бы. Я сейчас играю в Москве и в Петербурге, мне этого вполне достаточно.

- Какие книги Вы читаете?

- Взял недавно Сорокина, «День опричника». Видимо, я стар и консервативен. Прочитал страниц десять и понял, не могу это читать. А Пелевин, например, мне нравится. Но вообще сейчас читаю мало. Я привык к тому, что книга – это источник знаний о мире, о людях, сравнение себя и других, способ познавания жизни. А, мне кажется, я о жизни все знаю. Читать психологические романы скучновато. Вот Тургенева прочитал - замечательно написано, но понятно все. Время изменилось, скорости другие, а он все «возит» и «возит». Писатель, который для меня по-прежнему жив, свеж, которого я читаю действительно с удовольствием - это Чехов.

- Вы представитель советской актерской школы, а среди современных актеров есть достойные?

- Конечно, есть. Хороших, настоящих артистов всегда было немного, и сейчас их немного. Мне нравится Владимир Машков. В нем такая сила, драматизм настоящий. Как он замечательно Рогожина сыграл в «Идиоте». И тоже ведь сериал, а хорошо сделан. Очень нравится Владимир Ильин. Очень хороший актер. Нравится Евгений Миронов, но не во всех его работах. Хотя, конечно, он талантлив. Нравится Мария Аронова. Из актеров другого поколения - Инна Чурикова, Марина Неелова, Алиса Фрейндлих и, естественно, Ирина Мазуркевич.

- Анатолий Юрьевич, Вы однажды очень вкусно рассказывали о своих кулинарных пристрастиях. Какие блюда и напитки предпочитаете? Как относитесь, например, к кофе?

- Кофе не пью. Из гордости. Что касается блюд, то жизнь сложилась так, что я научился готовить. Люблю мясо, с помидорами и зеленью, рыбу. У меня удивительно получаются, например, караси в сметане. Вообще, люблю, когда на столе всего много.

Фото: Максим Шадрин www.shadrin.net



Вернуться к списку Обсудить в гостевой книге

КОФЕЙНЫЕ НОВОСТИ

04 декабря 2015

«СЕВЕРНАЯ ЗВЕЗДА 2015» взойдет с 5 по 6 декабря

Уже в ближайшие выходные в Санкт-Петербурге в восьмой раз пройдет Международный Кубок Бариста «Северная Звезда». Любителей кофе ждет настоящий кофейный марафон на территории арт-пространства Welcome loft (Невский пр., дом 48, 3-й этаж) – в течение двух дней все желающие смогут набллюдать за открытыми соревнованиями тех, кто сделал приготовление кофе своей профессией и частью жизни.


Подробнее...

25 октября 2015

В Театре Эстрады представят "Кабаре "Медведь"

Совсем скоро, 30 октября, на сцене Театра Эстрады зрители увидят, без преувеличения, уникальный спектакль "Кабаре "Медведь". Он познакомит с историей эстрадного жанра - от зарождения до современных реалий.


Подробнее...

08 октября 2015

Жанна д'Арк на сцене Театра Эстрады

Уже в ближайшую пятницу, 09 октября, в петербургском Театре Эстрады, зрители увидят удивительный по своей атмосфере и настроению спектакль "Легенда о Жанне д'Арк". 


Подробнее...

26 сентября 2015

«Два рояля» зазвучат в Театре Эстрады

Сегодня, 26 сентября, в Театре Эстрады имени Аркадия Райкина с концертной программой "ДВА РОЯЛЯ" выступит народный артист России, знаменитый джазовый музыкант и композитор Давид Голощекин.


Подробнее...

" preview=